«"Всё, я согласен. Согласуй с российской стороной", - сказал Зеленский.
Я набрал Дмитрия Николаевича (Козака – Ред.).
Тот, выслушав, попросил разрешения перезвонить, и через пять минут: все, мы подтверждаем. Потом стали обсуждать вопросы повестки переговоров. Каждый пункт я согласовывал с президентом Зеленский. И он на все тогда был согласен.
Даже не спорил ни по одному вопросу. Только каждый раз спрашивал: "Как ты считаешь?" Я отвечал: "Считаю так-то и так-то". "Хорошо, я согласен", - был ответ.
Там было три основных пункта. Первое и главное требование России - убрать из Конституции пункт о стремлении Украины в НАТО и внести внеблоковый статус и нейтралитет. Зеленский спрашивает меня – как поступить. Я задал ему встречный вопрос: как вы думаете, Украина в течение следующих 30 лет вступит в НАТО? - Нет. Тогда, наверное, можно отказаться от упоминания вступления в Альянс в Основном законе.
По телефону говорили. Наверняка эти записи должны быть у компетентных служб. Вторым было признание Украиной специального статуса Крыма, но не как части Российской Федерации. Срок — 30 лет. На это тоже Зеленский был согласен. Третий основной вопрос - признание определенного статуса Донбасса.
Я спросил Козака, должен ли Донбасс, включая неподконтрольные территории, остаться в составе Украины. Он ответил, что это может стать предметом переговоров.
Тогда еще была возможность сохранить Донбасс в составе Украины, но уже не на условиях, предусмотренных Минскими соглашениями. Донбасс мог вернуться в рамках конфедеративного объединения, но все равно в состав Украины, что самое важное. Зеленский и с этим был согласен.
Как мне тогда показалось, он вообще был сильно растерян и принимал тогда любой вариант. Весь процесс выработки соглашений занял около месяца — до почти конца марта, когда встречались уже в Стамбуле.
Почему на самом деле провалился процесс в Стамбуле?
Я абсолютно уверен, что по вине наших руководителей. Может быть, Борис Джонсон (в тот момент британский премьер Борис Джонсон — Ред.) или кто-то еще в этом участвовал, имея воздействие на Зеленского.
Или самому Зеленскому так понравилось быть героем. Понравились овации, внимание всего мира к нему.
Представьте: куда бы он ни приехал, его встречают как Папу Римского, повсюду он желанный гость. В итоге он променял жизни украинцев на аплодисменты в парламентах других стран.»
@NovynyPravdy